АНАЛИЗ ПРИЧИН ПРОИГРЫША ПАО «СЕВЕРСТАЛЬ» В ДЕЛЕ «О КИПРСКИХ ДИВИДЕНДАХ»

Дорогие коллеги и друзья,

 

мы продолжаем рассказывать Вам о важных и актуальных изменениях в

законодательстве по международному налогообложению, а также резонансных

судебных процессах, которые фактически создают практику применения

налогового законодательства в самых популярных юрисдикциях, а также в

странах СНГ.

 

Сегодня мы рады представить Вам первоклассный и очень актуальный анализ

нашего коллеги и опытнейшего профессионала по международному

налогообложению Рустама Вахитова по судебному решению по делу

ПАО «Северсталь», которому фактически отказали в праве использования

льготной ставки в размере 5% на репатриацию дивидендного дохода из

Российской Федерации в пользу иностранной холдинговой компании, по причине

того, что последнюю не признали «бенефициарным собственником» этого

дивидендного дохода.

 

Важно отметить, когда речь идет о неправомерном использовании налоговых

льгот, как в частности в этом случае, мировая практика свидетельствует, что

юрисдикция регистрации иностранной компании, как правило, не влияет на

решение суда.

 

Были внесены небольшие корректировки в оригинальную статью в случаях, когда

мы посчитали полезным сделать некоторые уточнения для лучшего понимания

читателя.

 

АНАЛИЗ ПРИЧИН ПРОИГРЫША ПАО «СЕВЕРСТАЛЬ» В ДЕЛЕ «О КИПРСКИХ

ДИВИДЕНДАХ»

31 октября 2016 года появился полный текст давно ожидаемого решения по

вопросу налогообложения дивидендов, выплачиваемых ПАО «Северсталь»

холдинговым компаниям, зарегистрированным на Кипре, и, в свою очередь, их

дальнейшей выплате акционерам кипрских компаний – компаниям,

зарегистрированным на Британских Виргинских Островах.

 

Суд подтвердил законность доначисления налога в размере 696 059 841 руб и

пеней 285 824 676 руб.

 

Основанием решения стало отсутствие, по мнению суда, у кипрских получателей

дивидендов права на льготную ставку налогообложения в размере 5% в силу

отсутствия статуса бенефициарных собственников дохода. Суд посчитал

компании не самостоятельными, а так называемыми «техническими», и поэтому

посчитал правомерным доначисление налога на разницу в ставках 5% (льготная

ставка) и 15% (стандартная ставка) без применения льгот по Соглашению об

Избежании Двойного Налогообложения с Кипром.

 

По сути, в ситуации налогоплательщика материализовался риск отсутствия

статуса бенефициарного собственника у получателя дохода, который уже

неоднократно становился основой ряда негативных судебных решений в

отношении процентов и лицензионных платежей. Но в отношении дивидендов это

первое значимое решение такого рода. Хотя решение и вынесено судом лишь

первой инстанции, вероятность его пересмотра представляется невысокой.

Помимо этого, ситуация включает ряд других значимых обстоятельств, имеющих

значение для широкого круга налогоплательщиков и заслуживающих серьезного

анализа.

 

Обстоятельства дела:

 

В 2011 году ПАО «Северсталь» выплатило дивиденды 4 кипрским компаниям-

акционерам, которые впоследствии сделали выплаты на сопоставимые суммы

своим акционерам и афилиированным лицам, зарегистрированным на Британских

Виргинских Островах. При этом была применена льготная ставка налога у

иточника 5%.

 

Актом выездной налоговой проверки от 25.05.2015 произведены доначисления

налога исходя из применимой ставки налога у источника 15%. Налогоплательщик

обжаловал это доначисление в административном и судебном порядке.

 

Позиция налоговых органов:

 

 Кипрские получатели дивидендов по сути были транзитными компаниями,

которые просто выплачивали полученные дивидендный доход в форме

распределения дивидендов далее на Британские Виргинские Острова

 

 Все действия были подконтрольны ПАО «Северсталь», никакой другой

деятельности, кроме получения дивидендов, компании не вели.

 

Позиция налогоплательщика:

 

 В соответствующем периоде законодательство не содержало ясных

критериев бенефициарного собственника.

 

 Для статуса бенефициарного собственника юридически достаточно было

быть собственником акций.

 

 У компаний-акционеров ПАО «Северсталь» отсутствовали ограничения по

определению дальнейшей судьбы дивидендов, они вели самостоятельную

деятельность.

 

Решение суда:

 

Суд отказал в удовлетворении требований налогоплательщика по следующим

основаниям:

 

1. Практически все полученные дивиденды перенаправлялись в компании на

Британские Виргинские Острова либо в виде дивидендов, либо процентов

по займам.

 

2. Уставы кипрских компаний почти идентичны и содержат существенные

ограничения для директоров кипрских компаний по продаже акций

ПАО «Северсталь» (указаны лишь конкретные поименованные компании —

возможные контрагенты по сделкам). Директора не могут продать акции

ПАО «Северсталь» без одобрения акционеров на Британские Виргинские

Острова.

 

3. Компании не вели иной деятельности и не получали иных доходов кроме

дивидендов.

 

4. Компании не уплачивали налоги на территории Кипра.

 

5. Ряд компаний зарегистрирован по одному адресу, счета открыты в одном

банке, отчеты Совета Директоров ряда компаний подписан одним и тем же

лицом.

 

6. Утверждение налоговой службы Кипра о (предположительно) имеющем

место статусе фактического получателя доходов у кипрских компаний

опровергается обстоятельствами дела.

 

7. Определение бенефициарного собственника может быть почерпнуто из

Комментариев к Модельной Конвенции ОЭСР.

 

8. К ситуации налогоплательщика применима концепция необоснованной

налоговой выгоды.

 

Анализ решения:

 

С технической точки зрения спорить с тем, что кипрские компании не являлись

бенефициарными собственниками дохода сложно, так как они производят

впечатление классических кондуитов. Но интересна логика и аргументация суда, а

так же ряд неключевых обстоятельств дела.

 

1. Информация о движении средств по счетам кипрских компаний была

очевидно получена от кипрского компетентного органа в рамках

двустороннего информационного обмена, и, судя по всему, не ранее второй

половины 2014 года. В силу этого имеющие место утверждения о

приостановлении информационного обмена и административного

сотрудничества в силу политических трений с ЕС представляются

необоснованными.

 

2. Вообще, практически вся использовавшаяся в деле информация о кипрских

компаниях (уставы, адреса, имена директоров и т.п.) является публично

доступной. Исключение составляет информация о точном времени

проведения платежей по банковским счетам и протоколы совета

директоров, но в данном деле они не играли принципиального значения –

информация о перераспределении дивидендов по итогам года очевидна и

из публично доступной финансовой отчетности. Соответственно, при

начале массовой проверки правильности налогообложения выплачиваемых

дивидендов, налоговые органы могут формировать обоснования

доначислений гораздо быстрее и эффективнее, без вовлечения процедуры

информационного обмена.

 

3. Ограничения по полномочиям на отчуждение активов производились с

целью защитить бенефициара от несогласованных действий кипрских

директоров, но дали негативный эффект в части налоговых доначислений.

 

4. Утверждения о совпадении адресов, идентичности уставов, ограничений по

продаже акций не имеют отношения к техническому анализу права на

распоряжение дивидендами, но они создали фон искусственности всей

конструкции, на котором вывод об отсутствии статуса бенефициарного

собственника выглядел более уместным.

 

5. Утверждения налоговых органов Кипра об определенной квалификации

платежей не являются обязательными для российских налоговых органов и

судов и вполне могут быть опровергнуты.

 

Выводы:

 

Решение является закономерным продолжением ряда аналогичных решений в

части налогообложения исходящих процентов и дивидендов.

В свое время, в 2008 году, на фоне позитивных прогнозов в отношении

российской практики на основе канадского решения по делу «Prevost», где

рассматривалась аналогичная ситуация, мы предполагали, что российская

реитерация этого решения может быть негативной. По сути уже в то время в

нашем анализе были идентифицированы ключевые основания, которые привели к

проигрышу в деле ПАО «Северсталь» — искусственность конструкции,

применимость российской концепции необоснованной налоговой выгоды, ссылка

на определение бенефициарного собственника в комментариях к Модельной

Конвенции ОЭСР.

 

Налогоплательщикам необходимо пересматривать риски доначислений по

прошлым периодам и формировать структуры, адекватные существующим и

прогнозируемыми рискам. Последнее особенно важно, так как простого учета на

будущее рисков, относящихся к налоговому периоду 2011 года и

материализовавшихся в 2016 году, может быть недостаточно. В настоящее время

факторами, которые будут влиять на существующие структуры

налогоплательщиков и будущую судебную практику по текущим периодам,

являются BEPS, автоматический обмен информацией в рамках инициативы

Common Reporting Standard, раскрытие бенефициаров компании и иных структур в

ЕС к середине 2017 года. Необходимо учитывать эти факторы уже сейчас.

 

Российский контекст[1]

 

В настоящее время в России также имеет место противодействие

агрессивному налоговому планированию и злоупотреблению положениями

действующего (налогового) законодательства. В поддержку этому были

приняты подпункт 3 пункта 2 статьи 45 Налогового кодекса РФ, а также

постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 No 53 и от 10.04.2008 No 22.

Исходя из общей позиции российских судов, в аналогичной ситуации российской

компании, распределяющей дивиденды в пользу промежуточной холдинговой

компании, возможно, пришлось бы отстаивать следующие моменты.

 

1. Рассматриваемый собственник активов является не только налоговым

резидентом государства, с которым заключено Соглашение об Избежании

Двойного Налогообложения, но, более того, его деятельность не направлена

на злоупотребление налоговыми преимуществами, предоставляемыми

положениями такого Соглашения (treaty shopping).

 

2. Получатель дохода является его бенефициарным собственником.

Учитывая, что в российском законодательстве нет четкого определения

бенефициарного собственника, достаточно высоки шансы, что суды в России

могут также обратиться к положениям Комментариев к Модельной конвенции

ОЭСР и (или) принять во внимание разъяснения Минфина России. Несмотря на

то, что ни Комментарии, ни письма Министерства, как правило, не

признаются источниками права в России, позиции, обозначенные в данных

документах, могут дать судам определенное понимание и видение вопроса,

которое может сложиться отнюдь не в пользу налогоплательщика.

Поэтому, принимая во внимание вышеизложенное, а также общие

тенденции правоприменительной практики, нельзя утверждать с полной

уверенностью, что ситуация, аналогичная сложившейся в деле “Prevost”

Car Inc., может быть разрешена подобным образом в российском суде.

 

[1] Концепция «бенефициарного собственника» в свете решения Налогового суда

Канады по делу компании Prevost Car Inc. (Р.Р. Вахитов, В.А. Гидирим,

К.М.Лепшоков «Налоговед», N 7, июль 2008 г.)

 

Как упомянуто выше, подобные резонансные судебные решения выносились в

разных странах. Последний громкий прецедент имел место в Российской

Федерации. Эксперты ожидают, что подобные прецеденты будут продолжать

происходить в других странах независимо от юрисдикции регистрации

иностранных компаний и гражданства их бенефициарных собственников.

 

Мы будем рады получить Ваши комментарии и мнения по данному судебному

решению, и если необходимо, обсудить с Вами эффект данного судебного

решения и вышеуказанных факторов для конкретной ситуации.

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *